Правительство Российской Федерации Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего профессионального образования




НазваниеПравительство Российской Федерации Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего профессионального образования
страница1/7
Дата публикации04.03.2014
Размер0.94 Mb.
ТипИсследование
urist-edu.ru > Законы > Исследование
  1   2   3   4   5   6   7
Правительство Российской Федерации
Федеральное государственное автономное образовательное учреждение

высшего профессионального образования
«Национальный исследовательский университет

«Высшая школа экономики»

Факультет прикладной политологии
Кафедра сравнительной политологии


БАКАЛАВРСКАЯ РАБОТА

На тему: «Влияние международных факторов на процесс демократизации»

Студентка группы № 442

Локшина Я. М.

Руководитель ВКР

Доцент, к. полит. н.

Миронюк М.Г.

Москва – 2013

Содержание



Введение………………………………………………………………………

3

Глава 1. Теоретические подходы к оценке влияния внешних факторов

на режимные трансформации……………………………………..


9

1.1. Дискуссия о факторах режимных трансформаций…… …………

9

1. 2. Утверждение внешних влияний в качестве фактора

режимных трансформаций: обзор подходов……………………...


20

1.3. Трансферт и диффузия институтов…………………………………

31

Глава 2. Реконструкция концепции режимных трансформаций Харви

Старра……………………………………………………………...


38

Глава 3. Исследование режимных трансформаций в 2001 – 2011 гг. (по

модели Харви Старра)……………………………………………...


46

3.1. Глобальный демократический тренд?...............................................

51

3.2. Воздействие регионального контекста и эффект соседства........


53

Заключение…………………………………………………………………..

63

Список литературы………………………………………………………

66

Приложение………………………………………………………………….

71


Введение

На последнюю четверть XX в. пришлось самое значительное увеличение числа демократических государств, а понятие «демократия» заняло одно из центральных мест в политическом дискурсе. Тем удивительнее то обстоятельство, что именно в XX в. наблюдалось возникновение невиданных прежде недемократических режимов – тоталитарных, «привычный» авторитаризм приобрел множество новых разновидностей, неоднократно в разных частях света отмечалось разочарование в представительном правлении, делающим демократию возможной. И все же, несмотря на периодические драматические сужения «ареала демократии», начиная с середины 1970-х гг. мир стал свидетелем падения многих авторитарных режимов («третья волна» демократизации1) и установления демократических порядков. Тем не менее, данный процесс, продолжающийся и сегодня (некоторые исследователи, хотя и с оговорками, видят в недавнем крушении автократий в Северной Африке и на Ближнем Востоке продолжение «третьей волны» или даже начало «четвертой волны» демократизации), оказался существенно более сложным и долгим, чем надеялись гражданские активисты и политики. Оказалось, что либеральные реформы, принятие демократических конституций и т.п. не гарантируют быстрое и беспроблемное «приживление» демократии, и вновь созданные демократические институты, оставаясь скорее формальностью, сосуществуют с недемократическими практиками. Иными словами, стало очевидным, что демократизация как глобальная тенденция и как комплекс изменений, охватывающих ту или иную страну, представляет собой нелинейный процесс, и понимание факторов, предопределяющих или повышающих успешность переходов к демократии становится залогом не только создания адекватных реалиям современного мира объясняющих моделей, но и проведения политических курсов, адекватных целям построения устойчивых демократических институтов.

Традиционно исследователи выделяют две группы факторов, влияющих на процесс демократизации: внутренние и внешние. «Под внутренними факторами имеются в виду, во-первых, социально-экономические, культурно-цивилизационные, ценностные, а также внутриполитические условия (иначе называются «структурными факторами», претендующими на «объективность»); а во-вторых, характеристики задействованных в демократизации акторов, их действия и взаимодействия, принятые решения (процедурные, или актор-ориентированные, факторы)»2. Есть и иной подход к определению факторов, предполагающий выделение структурных и процедурных (актор-ориентированных) факторов.

Действительно, переходы недемократических государств к демократическим порядкам в конце XX в. происходили в определенном контексте, связанном с глобализацией экономических, политических и др. отношений. Немало исследователей пишут о становлении новой транснациональной среды, вызванной интеграционными и глобализационными процессами. Однако кроме констатации того, что происходящее за пределами границ претерпевающего демократические трансформации государства важно, остается неясным то, как взаимодействуют внешний контекст (и исходящие из него внешние влияния) и сами внутренние изменения (и их факторы), которые могут привести к консолидации демократии. Неясным остается и то, насколько «важны» или значимы внешние влияния («важны» ли они всегда, т.е. применительно ко всем странам?), что они собой представляют и что является их источником. Это только часть возможных вопросов, остающихся без убедительных ответов. Собственно, именно указанное обстоятельство определяет актуальность исследования, предпринятого нами в выпускной квалификационной работе.

Очевидно, что любой из заданных выше вопросов (мы понимаем, что их список значительно шире) может стать центральным исследовательским вопросом (research question). В данной связи мы считаем необходимым в исследовании внешних (международных) факторов в процессах демократизации определить, оказывают ли они вообще влияние на успешность (неуспешность) переходов к демократии, и если оказывают, то насколько оно существенно и как именно оно проявляется. Сформулированный таким образом исследовательский вопрос в общем определяет дизайн нашего исследования.

При его уточнении мы руководствуемся рядом соображений. Во-первых, в академической литературе, посвященной проблемам демократизации, при описании механизмов влияния международных факторов исследователи говорят об эффекте диффузии (Х. Старр, Е. Солинген, Д. Бринкс и М. Копендж и т.д.). Диффузия подразумевает процесс трансплантации политических институтов, практик и норм. При этом диффузия может происходить и, соответственно, подвергаться анализу на нескольких уровнях:

– на глобальном уровне,

на региональном уровне,

– на уровне «соседства» (связана с воздействием процессов, происходящих в соседних государствах, на режимные трансформации в данной стране).

Более конкретно, объектом исследования являются режимные трансформации, наблюдаемые в разных государствах мира в 2001-2011 гг. Предметом исследования является воздействие международных факторов в виде диффузии на режимные трансформации в 2001-2011 гг.

Во-вторых, мы отдаем себе отчет в том, что таким образом сформулированный исследовательский вопрос, объект и предмет исследования делает невозможным выделение сколь либо большого числа международных факторов еще более значительного числа политических трансформаций в разных государствах мира. Мы также осознаем, что практически невозможно «отделить» влияние международных факторов на данные трансформации от их внутренних факторов, имеющих собственную логику, механизмы и т.п. Вероятно, указанные ограничения можно было бы преодолеть, проведя казусно-ориентированное исследование, но оно вряд ли может претендовать на универсальность. По этой причине эмпирическая часть нашего исследования основана на модели «демократических домино» Х. Старра 1991 г., которая тестируется на ином материале – трансформациях 2001-2011 гг. (вместо 1974-1987 гг.). В данной связи цель исследования состоит в определении характера воздействия международных факторов в виде диффузии на режимные трансформации в 2001-2011 гг.

Для реализации таким образом уточненной цели необходимо решить следующие задачи:

- осуществить операционализацию внутренних и международных факторов демократизации на основе соответствующей литературы,

- описать методологическое и инструментальные основания модели Х. Старра 1991 г.,

- при поморщи статистических методов, предложенных Х. Старром, исследовать воздействие диффузии на режимные трансформации 2000-2011 гг.

В работе используются количественные методы (воздействие глобального контекста исследуется с помощью распределения Пуассона, эффект соседства – посредством анализа таблиц сопряженности).

Мы исходим из гипотезы о том, что для режимных трансформаций 2000-2011 гг. характерны воздействие глобального и регионального контекстов, а также прослеживается влияние эффекта соседства.

В структуре работывведение, три главы, заключение и приложение. В главе I предложен обзор теоретических и эмпирических исследований международных факторов, влияющих на процессы демократизации. В главе II описывается методология исследования и используемые методы, представленные в статье Харви Старра «Демократические домино: диффузионные подходы к распространению демократии в международной системе», на основе которой в главе III проводится собственное исследование.

Считаем необходимым сделать терминологическое уточнение. Мы широко используем понятия «демократизация», «режимные трансформации», «транзит». Хотя зачастую они некритично используются в качестве синонимов, мы придерживаемся следующей терминологической схемы: (1) демократизация (как глобальное явление) – это увеличение числа стран, квалифицирующихся по тем или иным основаниям как демократические, (2) демократизация (как совокупность процессов внутри определенной страны) – это процесс «приживления» институтов, практик и норм, ведущих к консолидации демократии, (3) режимные трансформации – это любые процессы, ведущие к изменению характера отправления власти в стране, т.е. исходом режимных трансформаций не обязательство является установление демократии, (4) примерно аналогичным образом понимается и «транзит». В данной связи необходимо особо отметить, что как показали результаты «третьей волны» демократизации, процессы демократических транзитов не заканчивались автоматическим «созданием консолидированных демократий, они часто тормозились или даже способствовали возрождению авторитарных порядков»3

Вслед за Х. Старром мы рассматриваем режимные трансформации в рамках подхода неправительственной организации «Freedom House», согласно которому существующие государства по уровню свободы можно разделить на три класса: свободные (F), несвободные (PF) и частично свободные (PF). Таким образом, существует шесть вариантов режимных трансформаций. Мы исходим из предположения, что исходом режимных трансформаций вида PF=>F (когда государства из группы «частично свободных» переходят в группу «свободных» стран) является становление консолидированной демократии. Поэтому данные режимные трансформации можно рассматривать как результат успешной демократизации.


Глава 1. Теоретические подходы к оценке влияния внешних факторов на режимные трансформации.

1.Дискуссия о факторах режимных трансформаций.

В последнее десятилетие XX в. мы были свидетелями наиболее масштабного расширение числа демократических или претендующих на то, чтобы называться демократическими, режимов в разных частях света. Это расширение происходили в рамках того, что в мейнстриме современной политической науки принято называть «третьей волной» демократизации.

Американский политолог С. Хантингтон ввел в широкий оборот понятие «волна демократизации», под которой он подразумевал «совокупность происходящих в некий промежуток времени транзитов от недемократических к демократическим режимам, когда число таких транзитов значительно превосходит число осуществленных в тот же временной отрезок переходов в противоположном направлении»4. Согласно теории С. Хантингтона, можно выделить три волны демократизации. Каждая из волн демократизации включала в себя «процессы либерализации или частичной демократизации политической системы», которая, однако, в ряде стран не становилась «полноценно демократической». Необходимо понимать, что предложенная С. Хантингтоном концепция не является объяснительной моделью для всех режимных изменений, демократических транзитов, протекавших или по-прежнему протекающих в современном мире. Так, некоторые политические режимы развивались в последние двадцать лет вовсе не в демократическом направлении (например, ряд постсоветских государств, но не только).

Анализируя концепцию волн демократизации Хантингтона, крайне важно отметить тот факт, что история, по мнению исследователя, не линейна, она «не развивается исключительно в одном направлении». Так, за каждой из первых двух волн демократизации следовали «реверсивные движения», «спады», когда некоторые страны возвращались «к недемократическому правлению, несмотря на то, что принимали до этого курс на трансформацию к демократии»5.

Обратимся к периодизации волн демократизации, разработанной С. Хантингтоном. «Первая волна» демократизации была достаточно длинной и медленной, она приходилась на временной период между 1828-1926 гг. и «своего пика достигла незадолго после завершения Первой мировой войны»6. Затем последовала «антидемократическая реакция», «реверсивная волна», связанная «с возникновением в мире фашизма (Италия), нацизма (Германия) и сталинизма (СССР)»7, в ходе этого спада (1922-1942 гг.) впервые в ряде стран было зафиксировано функционирование прежде неизвестных – тоталитарных –режимов. «Подъем»«второй волны» демократизации был связан с «победой над национал-социализмом» во Второй мировой войне, она датировалась 1943 - 1962 гг. В ходе «второй волны» демократизации произошел возврат к демократическим основам и ценностям в Германии (ее западной части – ФРГ), Италии, демократические принципы распространились на Японию, также в рамках данной волны наблюдалось «распространение демократических институтов на ряд развивающихся стран в результате их деколонизации»8. К 1960-м гг. данная волна демократизации себя «исчерпала», наступило новое реверсивное движение, второй «откат» (1958-1975 гг.), когда в ряде стран был зафиксирован возврат к недемократическому (чаще всего разным вариациям авторитаризма) правлению, и можно было констатировать тот факт, что в этих странах формальные демократические процедуры или прекратили свое эффективное функционирование, или не достигли должной степени «зрелости», оставаясь своего рода «ширмой», за которой скрывались реальные недемократические практики(Южная Корея, Индонезия, Филиппины, Нигерия и др.). Интересно отметить, что Хантингтон, изучая «откаты» после первых двух волн демократизации, выявил следующие их особенности:

- во многих случаях в рамках как первого, так и второго «откатов» «демократические системы заменялись исторически новыми формами недемократического правления». В ходе первой реверсивной волны впервые был установлен тоталитарный режим(нацистская Германия, фашистская Италия и режимы с фашистскими порядками) с его монопольной, легитимирующей правление вождя идеологией, активной мобилизацией населения(«массовая база» тоталитаризма), предельной централизованной структурой власти («непременным условием которой является сакрализация вождя») и тотальным контролем над ключевыми сферами общества, достигаемым при помощи принуждения, насильственных инструментов. В рамках второго «отката» произошло становление военно-бюрократического авторитаризма в Латинской Америке (один из наиболее известных исследователей этого феномена – Х. Линц9), принципиально отличавшегося от прежних форм «военного правления своим институциональным характером и экономической политикой»10.

- По мнению Хантингтона, в ходе первого и второго «откатов», «подавляющее большинство переходов от демократии к авторитаризму» (кроме тех, которые были вызваны международными факторами) произошли в результате действий стоявших у власти или «находившихся близко к ней» политических акторов («не народное восстание, а переворот, осуществляемый, прежде всего, исполнительной властью»11). На первый взгляд, это важное наблюдение – международные факторы в виде войн, оккупаций и т.п. воспринимаются в такой логике как не играющие сколь либо ведущую роль в режимных трансформациях, которые в большинстве мыслятся как имеющие автономный от таких наглядных влияний характер.

- Однако говоря о факторах, способствующих переходу к авторитаризму в рамках первой и второй реверсивной «волны», Хантингтон все же отмечает и воздействие внешней среды: (1) эффект «снежного кома» в виде «действия примера крушения или свержения демократических систем в других странах»; (2) «интервенция или завоевание недемократическим иностранным государством»12. Если второй фактор имеет скорее традиционный характер, то первый нуждается в большем внимании.

После второго «отката» с 1974 г. (падение авторитарного режима в Португалии)начинается «третья волна» демократизации, которая, исходя из теории С. Хантингтона, продолжается до сих пор. Ее отличительной чертой является глобальный масштаб и самый широкий охват. Анализируя третью волну демократизации, российский исследователь А. Никитченко отмечает, что процессы транзита происходят в «благоприятном» (по сравнению с режимными трансформациями в ходе первой и второй «волны») международном контексте13, когда «демократия стала своего рода “духом времени” (Zeitgeist)»14. В ходе третьей волны демократизации режимные трансформации в демократическом направлении протекали в Южной Европе (Португалия, Испания, Греция), Латинской Америке (Эквадор, Перу, Боливия, Уругвай, Гондурас, Сальвадор и др.), Азии (Южная Корея, Тайвань, Индонезия и т.д.). Во второй половине 1980-х гг. демократическая волна распространилась на «социалистический лагерь»15 (СССР, Центральная и Восточная Европа, а после распада СССР «осталась» на постсоветском пространстве, хотя в некоторых его частях, например, в Центральной Азии быстро «спала»).

Многие исследователи разделяют концепцию «волнового характера» демократизации и отталкиваются от периодизации волн, предложенной С. Хантингтоном. Впрочем, следует упомянуть, что американский политолог Ф. Шмиттер разработал иную периодизацию «волн демократизации», согласно которой современная волна демократизации (также начавшаяся в 1974 г.) является четвертой16.

Следует сказать, что к концу 1990-х гг. в академическом сообществе возникли дискуссии о сущности современной «третьей волны» демократизации, ее окончании и начале нового этапа. В статье «Прошла ли «третья волна» демократизации?»17Л. Даймонд утверждал, что «третья волна» демократизации «приблизилась к некому пределу» и для обеспечения дальнейшего «глобального продвижения демократии необходимо предотвращение третьей откатной волны демократических крушений». Для этого необходима «консолидация новых либеральных демократий», углубление и либерализация «электоральных демократий, для того, чтобы их институты обрели действительную ценность в глазах все более широких кругов населения».18 В данной работе, а также в статье 2000 г.19Даймонд пишет о перспективе возникновения новой «четвертой волны» демократизации, в рамках которой произойдут демократические транзиты в мусульманском мире, в Северной (арабской) и Субсахарной» (черной) Африке, а также в Китае.

Если все же отталкиваться от концепции, предложенной С. Хантингтоном, то можно отметить ключевую особенность современной «третьей волны» демократизации, заключающуюся в «специфике» ее итогов: демократические транзиты «третьей волны» не заканчиваются автоматическим «созданием консолидированных демократий, они часто тормозятся или даже ведут к возрождению авторитарных порядков, подновленных псевдодемократической риторикой»20.

Таким образом, применительно к «третьей волне демократизации» стало понятно, что процессы, которые раньше мыслились как линейные и однонаправленные, приводят к противоречивым результатам: действительных консолидированных демократий оказалось меньше, чем режимов, втянувшихся в процессы демократизации. Отсюда возникает необходимость прояснения факторов демократизации и ответа на вопрос, почему одни страны, принадлежавшие к одному региону (явно высокая степень сходства), становятся консолидированными демократиями или находятся на устойчивой траектории демократической консолидации, а в других странах этого же региона могут устанавливаться устойчивые режимы, при всех модификациях непопадающие под определение демократических, но и отличающиеся от классического определения авторитарных. Здесь необходимо отметить, например, концепцию гибридных режимов Ф. Шмиттера. Исследователь выделял два типа гибридных режимов: «диктобланда» и «демократура». «Диктобланда» предполагает проведение либерализации без демократизации, это происходит в том случае, когда «правящая элита соглашается на некоторые индивидуальные и гражданские права без подотчетности обществу». Предпочтение отдается «политическому меньшинству, контролирующему значительную часть ресурсов, в ущерб политическому большинству»21. Функционирование такого режима, как отмечает Ф. Шмиттер, можно наблюдать, например, в Кении или Кот-д'Ивуаре. В «демократуре» демократизация происходит без либерализации, т.е. когда функционируют демократические институты, но в искаженной форме (например, проводятся выборы, но при «условиях гарантированной победы правящей партии, исключения определенных общественно-политических групп из участия в них»)22.

В моделях, объясняющих процессы демократизации, можно выделить две группы факторов, влияющих на них:(1) существующие в рамках структурного подхода; (2) существующие в рамках процедурного подхода.

Представители структурного подхода делают акцент на анализе структурных факторов («государство- и нациеобразующие, социально-экономические и культурно-ценностные условия и предпосылки демократии»), они выявляют основные корреляции между рядом «социально-экономических», «культурно-ценностных» переменных и «вероятностью установления демократических режимов». Эти корреляции рассматриваются как «структурные предпосылки» демократии. Можно выделить следующие структурные предпосылки:

  1. Государственное единство и национальная идентичность.

Одним из первых исследователей, назвавших национальное единство и идентичность ключевым условием демократии, был Д. Растоу. Изучая концепт национальной идентичности, он писал, что «у значительного большинства граждан потенциальной демократии не должно быть сомнений относительно того, к какому обществу они принадлежат, они должны осознавать совместную государственную идентичность»23

В дальнейшем эту идею развивали такие ученые, как Ф. Фукуяма24, Ч. Тилли25, Э.Мансфилд иДж. Снайдер26, П. Эванс27 и др., которые исследовали проблематику государства и государственности, ее развития. Как отмечают А.Ю. Мельвиль, Д.К. Стукал, М.Г. Миронюк, выявление корреляции между эффективным государством и успешной демократизацией (на примере посткоммунистических режимных трансформаций) породило самостоятельное направление исследований, занимающееся проблематикой «последовательности», отвечающее на вопрос: «первично ли формирование эффективного государства, или процессы демократизации и построения государства могут идти параллельно»28.

2. Уровень экономического развития.

Основоположником данной идеи принято считать С.М. Липсета, который предполагал, что высокий уровень экономического развития является условием становления и сохранения демократии.29 С.М. Липсет полагал, что в государстве с высоким уровнем дохода на душу населения возникает новая структура общества (средний класс со своими интересами и «требованиями их представительства»).

Еще одним исследователем, занимавшимся данной проблематикой и внесшим большой вклад в ее развитие, является А. Пшеворский30. Согласно А. Пшеворскому, «демократизация может начинаться при разных уровнях экономического развития, однако высокий ВВП на душу населения представляет собой хорошую гарантию»т сохранения демократии31.В дальнейшем эту идею развивали, а также критиковали целый ряд ученых (например, Д. Асемглу и Дж. Робинсон32 и др.).

Говоря об экономических предпосылках демократии, можно также выделить еще два фактора:

- отсутствие высокого уровня имущественного неравенства. Как показали результаты исследований Асемглу и Робинсона, Пшеворского и т.д., наличие в обществе высокого уровня имущественного неравенства существенно затрудняет процесс демократической консолидации33.

- отсутствие ресурсно-зависимой экономики, ведущей к построению модели государство-рантье (М. Росс34, Д. Трейсман35 и др.).

3. Распространение в обществе определенных культурных норм и ценностей.

Политологи Г. Алмонд и С. Верба утверждали, что для становления и сохранения демократии важнейшим условием является наличие политической культуры гражданского типа.36В обществе должны главенствовать определенные нормы и ценности, признающие и поощряющие демократические принципы. Стоит отметить, что результаты дальнейших исследований наглядно продемонстрировали тот факт, что процессы демократизации могут начаться и в случае, когда демократические ценности не слишком распространены. В более поздних исследованиях важнейшее внимание уделяется «ценностям равенства и толерантности, религии» (Р. Инглхарт37, С.Фиш38).

В качестве структурного условия демократии ряд исследователей также рассматривают «отсутствие в обществе непримиримых или острых расколов», поскольку эти расколы ведут к фрагментации и поляризации общества. (Д. Чириот)39. При этом стоит отметить, что данная идея может быть подвергнута серьезной критике, поскольку «она не рассматривает случаи успешного функционирования демократии в многосоставных обществах»40 (сообщественная демократия, например, в версии А. Лейпхарта).

Необходимо отметить, что список структурных предпосылок не исчерпывается перечисленными выше факторами. (Были отмечены наиболее значимые для процесса демократизации условия).

Перейдем ко второму подходу к определению факторов демократизации. Представители процедурного подхода (Г. О`Доннелл, Ф. Шмиттер, Х.Линц и А.Степан, Г. ДиПалма и др.41) акцентируют внимание на «поведении политических акторов, их решениях и действиях». Согласно данной концепции, для успешной демократизации более значимыми оказываются не существующие «изначально» структурные условия (культурные, социально-экономические особенности государства), а именно действия (способ и контекст действий) ключевых агентов, «инициирующих демократию», «выбирающих определенные стратегии и тактики»42.

Следует отметить, что ряд исследователей считают, что существующие подходы не являются взаимоисключающими, наоборот, они «дополняют» друг друга, поскольку анализируют различные аспекты одного явления - демократизации (А.Ю. Мельвиль).

По результатам изучения классической литературы очевидно, что рассматриваемые в объяснительных моделях факторы демократизации (их основная и большая часть) являются внутренними факторами. Т.е. внешние факторы практически не исследуются, либо определяются как незначительные. Постулируется отсутствие влияния международных факторов на режимные трансформации, внешнее воздействие не рассматривается как независимая переменная.

А.Ю. Мельвиль отмечает, что международные факторы демократизации на протяжении долгого времени (практически до конца XX в.) не были самостоятельной («вне транзитологического или глобализационного дискурсов») проблемой исследования в политической науке. Данное положение дел (в некоторой мере) объясняется тем фактом, что традиционная теория политических изменений (А.Гершенкрон, Г. Алмонд, Дж. Коулман, Ш. Эйзенштадт, С. Хантингтон, Д. Аптер, Д.Лернер и др.), «выдержанная в духе модернизационной парадигмы и стимулированная попытками осмысления тематики преобразований преимущественно в развивающихся странах, не отводит внешним, международным факторам значимой объяснительной роли»43. Согласно данной теории, важнейшим фактором страновых изменений, протекающих процессов транзита в стране, выступает «неспособность традиционных обществ и сопутствующих им политических режимов справиться с грузом новых внутренних проблем»44. Для данной теории внешние факторы демократизации имеют вторичный интерес.(Если исходить из данной концепции, политические изменения воспринимаются как «заимствованные», вызванные «эффектом диффузии», т. е. «проникновением экономических, социальных, культурных и политических форм, моделей и процедур извне».45)
  1   2   3   4   5   6   7

Добавить документ в свой блог или на сайт

Похожие:

Правительство Российской Федерации Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего профессионального образования iconПравительство Российской Федерации Федеральное государственное автономное...
Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего профессионального образования

Правительство Российской Федерации Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего профессионального образования iconПравительство Российской Федерации Федеральное государственное автономное...
Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего профессионального образования

Правительство Российской Федерации Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего профессионального образования iconПравительство Российской Федерации Федеральное государственное автономное...
Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего профессионального образования

Правительство Российской Федерации Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего профессионального образования iconПравительство Российской Федерации Федеральное государственное автономное...
Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего профессионального образования

Правительство Российской Федерации Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего профессионального образования iconПравительство Российской Федерации Федеральное государственное автономное...
Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего профессионального образования

Правительство Российской Федерации Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего профессионального образования iconПравительство Российской Федерации Федеральное государственное автономное...
Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего профессионального образования

Правительство Российской Федерации Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего профессионального образования iconПравительство Российской Федерации Федеральное государственное автономное...
Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего профессионального образования

Правительство Российской Федерации Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего профессионального образования iconПравительство Российской Федерации Федеральное государственное автономное...
Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего профессионального образования

Правительство Российской Федерации Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего профессионального образования iconПравительство Российской Федерации Федеральное государственное автономное...
Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего профессионального образования

Правительство Российской Федерации Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего профессионального образования iconПравительство Российской Федерации Федеральное государственное автономное...
Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего профессионального образования

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Юриспруденция



Заказать интернет-магазин под ключ!

При копировании материала укажите ссылку © 2015
контакты
urist-edu.ru
..На главную